Ил.

Вот еще одна байка, для меня и смешная, и памятная - все-таки с какими людьми жизнь сводила! Главный в этой байке человек – Владимир Сергеевич Ильюшин, известнейший летчик-испытатель, тот самый, что первым поднимал великий самолет СУ-27, летал на суховской "сотке", СУ-100 (не самоходка!) или Т-4 (это рабочее название), машина, равной которой не было и нет, да вот папа Туполев вместе с тогдашним министром авиапрома Дементьевым ее убили... Авиационный народ звал Владимира Сергеича "Ил". А я был с ним заочно знаком - близкая подруга моей мамы, вдова крупного авиационного руководителя (начальник производства, главный инженер, директор авиазаводов в войну!), была школьной подругой жены Ила. И дружбе этой лет, наверное, под шестьдесят...
Но это присказка, а сказка вот. Лечу я из очередной своей командировки, из Москвы, домой, вылет из Шереметьево, еду в автобусе, что отвозит пассажиров к самолету, - и вижу военного в генеральской шинели, присматриваюсь - Ил! Подхожу к нему и тихонько спрашиваю - Владимир Сергеевич? Ему дешевая популярность всегда была не очень, поэтому он недовольно кивнул головой, слова не промолвив. Ну, тут я говорю - пользуюсь случаем передать вам привет от (скажем) Елены Ивановны - той самой нашей общей знакомой... Тут, естественно, сразу же другой разговор, общие знакомые, ля-ля тополя... Короче говоря, поболтали, в Питере, прилетев, раскланялись и расстались хорошими знакомыми.
А через пару-тройку месяцев я в очередной командировке в Ахтубинске, на 29-м. Там, в Ахтубе, есть негласная и, само собой, не поощряемая начальством традиция - кто более-менее свободен, всегда идет встречать самолет из Москвы - у крупных авиафирм, суховской, микояновской, туполевской и других, есть свои пассажирские и грузовые, возят людей и всякое барахло в Ахтубу и обратно. Да и по всему Союзу летают. Ну, и идешь к самолету - кто из знакомых прилетел, иной раз что-то из Москвы ждешь - скажем, блок отремонтированный, или исправления математики...

Придется чуть в сторону уйти, байка в байке. Как-то в очередной редакции программ 29-го московские математики слегка ошиблись, и часть бортовых программ работала, только когда проходила команда "Шасси убрано" - ШУ = 1. Сымитировать это несложно, концевичок соответствующий поджать - но при этом не работают другие программы - короче, встали мы вмертвую, не летать ни можем, ни наземку отрабатывать! Срочно передали ситуацию в Москву, через несколько дней прилетает самолет, я от нетерпения сучу ногами у трапа, выходит знакомый инженер, передает микросхемы с исправлением, а к ним записка от московских девочек-программисток: "Мальчишки, да здравствует ШУ = 0, при котором функционируют боевые алгоритмы!"

Документ навсегда ушедшей эпохи...

Вот потому-то 29-й и получился чудо из чудес, что люди на нем ТАК работали. А записочка эта до сих пор у меня, среди самых ценных моих "памяток"...

Ну вот, зарулил ЯК-40, народ подтянулся к трапу, и выходит Владимир Сергеич, в генеральской форме, Звезда Героя на солнце сверкает - глазам больно, орденские планки, каждая трудом заработана, свежий, красивый - видит меня - и радостно улыбается, быстро подходит и со мной с первым из всех за руку - Здравствуй, Юра! Представляете, как народ вокруг попадал! Меня потом неделю доставали - откуда? Почему?.. Ну, я молчал, как партизан, только щеки от важности надувал. Тут, конечно, свою роль сыграло то, что ЯК зарулил на микояновскую стоянку, на суховской, среди своих друзей и коллег, Ил вряд ли бы меня высмотрел, но уж раз так получилось, свое я не упустил.

Вот таким он спустился тогда с трапа ЯК-40. Только чуточку помоложе...

Ну, а потом через несколько лет та же картина у нас на фирме. Году в 86-м, когда мы разрабатывали бортовой комплекс для МИГ-29М, суховцы заинтересовались, нельзя ли нашу фирму для того же нанять – опыт наших работ на 29-м показал, что мы - фирма сильная, и такую работу сделать сможем. Ну, впоследствии не срослось, не помню уж почему, но суть не в этом. Так вот, приехал Ил на нашу фирму, начальство вокруг него попрыгало, пора и с техникой знакомиться, со стендом, приводят его в нашу лабораторию. Входит Ил, здоровается, обегает всех глазами, видит меня - Здравствуй, Юра! Оборачивается к сопровождающим - спасибо, он теперь мне все расскажет... Народ в лаборатории вообще обмер, рты как варежки пооткрывались - ну как же, генерал, великий человек, и наш-то, наш - "на васях"! Вот это и была для меня высшая награда за труды мои праведные...

2005-2006

 

Ю. Этингоф

Please publish modules in offcanvas position.

Free Joomla! template by L.THEME